«Все три года, что провел Василий Васильевич Никольский в концлагере, его преследовала одна мысль — как бы выжить. Постоянно думал о том, как бы не оказаться последним в колонне, чего бы поесть. Были случаи, когда пленных, в том числе и Василия, отправляли в город на разборку завалов и обезвреживание неразорвавшихся бомб. Там забирались в мусорные баки, находили картофельные очистки, остатки еды, съедали тайком от охраны. Если увидят, могут расстрелять. Однажды Василий вместе с другими пленными решил подорвать себя найденной миной. Пленные находились в самом низу ямы, а немцы следили за ними сверху. Найдя невзорванный снаряд, начали бить по запалу кирпичами, надеялись, что он взорвется, сами погибнут, все лучше, чем такая жизнь, да немцев с собой прихватят на тот свет. Но мина так и не взорвалась. Не судьба…
Русским в концлагере жилось хуже, чем заключенным из других стран, вспоминает Василий Васильевич. Последних и кормили лучше, и обращение с ними было другое. Говорили, что тем помогает Красный Крест, а русским — никто.
В нечеловеческих лагерных условиях держались люди. Жить все равно хотелось, несмотря ни на что. Василий был совсем молод, впереди вся жизнь… Но с тех пор у моего собеседника на всю жизнь осталось одно — двигаться, двигаться и двигаться. Может, и это нынче помогает оставаться бодрым. А в лагере ведь как было? Чуть замешкаешься — удар дубинкой по голове. После работы сил вообще не было, раздевались, укладывались на нары на автопилоте. А утром опять — двигаться, двигаться и двигаться, чтобы не быть последним.
Особые унижения приходились на евреев. Над ними зверски издевались, заставляли ползать перед всем строем…. Потом эти люди куда-то пропали, может, убили, может, погибли от побоев».
Из публикации «Юность за колючей проволокой» в Котовской городской газете «Наш вестник» № 165 — 167 от 23-29 ноября 2009 года.