«Перед войной дедушка Петр Тимофеевич Наумов трудился в селе Красивка Красивского (теперь Инжавинского) района, тогда это был центр, и дедушка там заведовал сельским ветеринарным пунктом. В 1941 году, в начале Великой Отечественной войны, П.Т. Наумова призвали на воинскую службу, направили в пехотное училище города Чкалова Свердловской области. После его окончания молодых офицеров направили на Малую Землю, где разворачивались страшные бои, где гибло очень много людей. На фронт ехали мимо дома – через станцию Иноковка. Красивский адвокат Тиненев (к сожалению, забылись имя и отчество этого человека) ему сказал: «Наумов, все равно не жить. Хотя бы перед смертью давай заедем посмотреть на своих. На полчаса, а потом догоним, скажем, что отстали».
Они бы и догнали, если бы не случай. Дедушка рассказывал, что почему-то очень сильно переживал: «Сердце разрывается. Не могу ехать дальше. Не могу проехать мимо». Добрался Петр Наумов до дома, а тут беда, да не одна, а две: двухлетняя дочь умерла от скарлатины, а годовалый сын при смерти, с температурой под сорок градусов. Лекарств нет. Дедушка обратился к знакомым врачам, они направили в село Салтыково. В военной форме. Вооруженный, Петр Наумов везет жену и сына в Салтыки. В больнице никто к ним не вышел ночью, и тогда дедушка стал стрелять из пистолета вверх. Вскоре нашли лекарство. Сбили сыну температуру. Дело пошло на улучшение. Спасенным ребенком был мой отец – будущий писатель, учитель, отец девяти детей. Таким образом, потомство свое спас дедушка.
Спустя два-три дня, когда он увидел, что сыну стало легче, с Тиненевым поехал на фронт. По дороге к ним пристроились два офицера. «Куда едете? – спросили они. «Отстали мы. Не знаем, куда ехать». «И мы отстали. Едем на Воронежский фронт. Он ближе. Поехали вместе с нами».
По рассказу дедушки, привезли его в Воронеж, в штаб, а оттуда… в штрафбат, назначив командиром взвода. 100 человек штрафников были в ведении П.Т. Наумова»
Штрафники приходили в основном из тюрем, лагерей, голодные, доходяги. Много было уголовников, не угодишь – убьют, выстрелят в спину в первом же бою. До поры до времени штрафники приказу подчиняются, но если видят, что он грозит всем гибелью, принимают самостоятельные решения. Они и отца научили принимать нестандартные, нетрадиционные решения. Штрафники выполняли команды, но разумные. Они смело шлив бой, но со своей особой лексикой.
Воевал дедушка со своим взводом на Северском Донце, под Харьковом, за тракторный завод (ХТЗ). Трижды сдавали, трижды брали его. Выбивали немцев из ходов сообщений на противоположной стороне Северского Донца. Переплывали реку на лодках, плотах и других подручных плавсредствах, а то и вплавь. «Я плыл по реке, — рассказывал дедушка, — а рядом шла лодка, в нее попал снаряд, и погибли все 32 человека». Он не был ранен, перебрался живым на другой берег. И опять штрафники пошли в бой. Когда в очередной раз засели, дедушка попытался поднять голову, чтобы осмотреться, но помкомвзвода, грузин, ударил его так, что он улетел от удара. «Куда ты». Только высунешь голову – и сразу погиб!».
От тракторного завода пришлось отступать в третий раз. Петр Наумов был в числе тех, кто прикрывал отступление. После боя, когда опять стал переплывать Северский Донец, его ранило осколком снаряда в ногу почти у берега. Он потерял сознание. Санитары вытащили его из воды и доставили в санпункт. Оттуда он попал в Красноярск, где ему сделали операцию.
За этот бой Петра Тимофеевича Наумова наградили орденом Красной Звезды. На войну П.Т. Наумов пошел младшим лейтенантом, а закончил ее лейтенантом. Из госпиталя он вернулся домой инвалидом первой группы.
Дедушка вырастил семерых детей. Долго работал ветеринаром. Дома держал корову, лошадь, овец. Были и пчелы. Хотя и хромал, но был великим тружеником. Дожил до глубокой старости».