«Три месяца в составе комсомольского отряда, командиром и комсоргом которого был Володя Демченко, мы копали противотанковые рвы. Фашистские самолеты обстреливали нас из пулеметов, сбрасывали на нас бомбы; там, где мы работали, слышны были орудийные раскаты. Прятаться от обстрелов было некуда, кроме противотанкового рва, который мы копали: залегали под стенку рва, делая в ней небольшое углубление. Как-то самолет дал по нам очередь и начал разворот, чтобы дать вторую. За это время я успела сделать углубление в стене и спрятать туда голову и спину. Ноги девать было некуда. Накрыла их лопатой. Это же сделала лежавшая рядом со мной Маша Орешкина. Самолет тем временем развернулся и залетает на наш конец рва. Сжимаемся в крепкие комочки. Вдруг рядом посыпались удары: на наших лопатах остались блестящие следы. От ранений нас спасли лопаты.
Проработав меся в Олсуфьеве, ночью уходили в брянские леса. Наш проводник, плохо зная местность, завел отряд в топь. Пришлось переждать. Лишь только забрезжил рассвет, мокрые и голодные, продрогшие до костей, выбрались из топи. Шли лесом весь день. Слышны были взрывы бомб и треск пулеметных очередей.
Копали ямы для маскировки самолетов. Грунт – белая глина, копать трудно. Мокрые, грязные, а все-таки копали. Бомбежки продолжались. Мы прятались в картофельной ботве. Лежали в борозде, не думали, что это – не защита. Страшно было, когда над головой черной тучей пролетали бомбить г. Орджоникидзе фашистские стервятники. Сожгли «Зажигалками» хлебное поле, где снопы были готовы к вывозу с поля.
Возвращались домой в товарных вагонах. Бомбежки, обстрелы состава. По тревоге поезд останавливался, все разбегались. О конце тревоги машинист подавал сигнал. Люди быстро садились в выгоны, и поезд летел дальше…».
Из публикации «Отряд особого назначения» в книге «Котовск – город труженик и воин», Тамбов, 2000.