«Не знаю, почему, но в войну зимой снега было полно. Такие снегопады, что дома наши под самые крыши заваливало. Один выберется, давай других откапывать. Так друг друга и откапывали, а то из дома не выйдешь.
В нашей семье вместе с мужчинами и женщинами ушли воевать три дяди, отец, сестра и тетка. Из мужчин не вернулся никто. Все без вести пропали. А похоронки да извещения разносили как-то странно: все в один день, пачкой. Бабке принесли сразу три похоронки. Мы думали: не откачаем её.
Последнее письмо отца до сих пор храню. С Западного фронта. В 43-м после Сталинграда попал он в госпиталь, а после получил отпуск и приехал домой в Богословку (тогда был Покрово-Марфинский район). Это и была наша с ним последняя встреча. Мать свою, пока шла война, месяцами не видели. Поле далеко. Уйдет и работает там. Они спали по 3-4 часа и снова работали. Мы, дети, тоже помогали. Подсолнухи срезали вручную, колоски собирали. А домой ничего нельзя было – строго наказывали. Какая уж при этой жизни учеба. Чернила замерзали, мороз в школе был. На уроки ходили с досками: примеры порешаешь – сотрешь, начинаешь писать».
Из публикации «Хлебнули лиха полную чашу» в книге «Котовск – город труженик и воин», Тамбов, 2000.